Про калашникова – Краткая биография Калашникова Михаила Тимофеевича создателя автомата

Содержание

Образ и характеристика купца Калашникова в поэме "Песня про царя Ивана Васильевича..." Лермонтова: описание в цитатах |LITERATURUS: Мир русской литературы

"Песня про царя
Ивана Васильевича..."
П. И. Коровин
Купец Калашников является одним из главных героев знаменитой поэмы "Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова" М. Ю. Лермонтова.

В этой статье представлен цитатный образ и характеристика купца Калашникова в поэме "Песня про царя Ивана Васильевича...": описание персонажа в цитатах.

Смотрите:




Образ и характеристика купца Калашникова в поэме "Песня про царя Ивана Васильевича..." Лермонтова: описание в цитатах


Полное имя героя - Степан Парамонович Калашников:
"Отвечает Степан Парамонович:  
«А зовут меня Степаном Калашниковым...»"
О внешности купца Калашникова известно, что это молодой, статный, сильный мужчина:
"...молодой купец, 
Статный молодец Степан Парамонович..." 
"И смутился тогда думой крепкою 
Молодой купец Калашников..." 
"...Горят очи его соколиные..." (о глазах Калашникова) 
"...Могучие плечи распрямливает." 
"...Богатырский бой начинается." (о богатырях Калашникове и Кирибеевиче)
Купец Калашников владеет лавочкой (магазином) в гостином дворе, где торгует разными товарами:
"За прилавкою сидит молодой купец, 
Статный молодец Степан Парамонович, 
По прозванию Калашников; 
Шелковые товары раскладывает, 
Речью ласковой гостей он заманивает..." 
"Опустел широкий гостиный двор, 
Запирает Степан Парамонович 
Свою лавочку дверью дубовою..."
Купец Калашников женат на молодой женщине Алене Дмитриевне. У супругов есть несколько маленьких детей:
"На святой Руси, нашей матушке, 
Не найти, не сыскать такой красавицы..." (Кирибеевич об Алене)
"...во семье родилась она купеческой, 
Прозывается Аленой Дмитревной." 
"Не оставь лишь малых детушек,  
Не оставь молодую вдову..." (Калашников о своей семье)
Судя по всему, Степан Калашников является небедным человеком. Так например, у него есть служанка Еремеевна:
"И кличет он старую работницу: 
"Ты скажи, скажи, Еремеевна..."
Купец Калашников и его семья живут в высоком доме за Москвой-рекой:
"И пошел он домой, призадумавшись, 
К молодой хозяйке за Москва-реку." 
"И приходит он в свой высокий дом..."
Купец Калашников является удалым, лихим человеком ("удалым бойцом"):
"...и удалого купца Калашникова." 
"...Молодой купец, удалой боец..." 
"...Удалой боец, сын купеческий..." 
"...Удалова бойца дожидается, - 
А лихой боец, молодой купец..."
Степан Калашников готов биться за правду до последних сил:
"...И я выйду тогда на опричника, 
Буду насмерть биться, до последних сил; 
А побьет он меня - выходите вы 
За святую правду-матушку." 
"Чему быть суждено, то и сбудется; 
Постою за правду до последнева!"
Купец Калашников гордится тем, что живет честно, по "господнему закону":
"Отвечает Степан Парамонович: 
«...А родился я от честного отца, 
И жил я по закону господнему: 
Не позорил я чужой жены, 
Не разбойничал ночью темною, 
Не таился от свету небесного...»" (Калашников о себе)
Купец Калашников и его жена являются верующими людьми. Степан Калашников носит на груди крест со святыми мощами:
"На груди его широкой висел медный крест 
Со святыми мощами из Киева..."
У Степана Калашникова есть два младших брата, которые считают его вторым отцом и поддерживают во всем:
"Посылает Степан Парамонович 
За двумя меньшими братьями..." 
"Ты наш старший брат, нам второй отец; 
Делай сам, как знаешь, как ведаешь, 
А уж мы тебя, рóдного, не выдадим..." (братья - Степану Калашникову)


Купец Калашников является строгим, суровым мужем. Его жена Алена больше всего в жизни боится его гнева (немилости). Чтобы жена не позорила его честь, Калашников готов запереть ее дома:

"Как запру я тебя за железный замок, 
За дубовою дверь окованную, 
Чтобы свету божьего ты не видела, 
Моя имя честное не порочила..." (Калашников о своей готовности запереть жену) 
"Твои речи - будто острый нож; 
От них сердце разрывается. 
Не боюся смерти лютыя, 
Не боюся я людской молвы, 
А боюсь твоей немилости." (Алена о муже)
Купец Калашников - гордый человек, способный жестоко мстить за нанесенные ему обиды. Когда опричник Кирибеевич ведет себя непристойно и позорит его жену Алену, Калашников решает отомстить негодяю. Во время праздничных кулачных боев купец вызывает Кирибеевича на бой, в результате которого опричник погибает:
"Опозорил семью нашу честную 
Злой опричник царский Кирибеевич; 
А такой обиды не стерпеть душе 
Да не вынести сердцу молодецкому." 
"...И ударил своего ненавистника
 
Прямо в левый висок со всего плеча." (Калашников ударяет Кирибеевича) 
Купец Калашников - честный, прямой, смелый человек. Он готов держать ответ за свои поступки. Когда в поединке с ним погибает Кирибеевич, Калашников не отрицает своей вины и не убегает от ответственности, в том числе он готов идти на смертную казнь:
"Хорошо тебе, детинушка, 
Удалой боец, сын купеческий, 
Что ответ держал ты по совести." (царь о храбрости и честности Калашникова) 
"Я скажу тебе, православный царь: 
Я убил его вольною волей, 
А за что, про что - не скажу тебе, 
Скажу только богу единому. 
Прикажи меня казнить - и на плаху несть 
Мне головушку повинную..." (Калашников - царю)
Иван Грозный приговаривает Калашникова к смертной казни за убийство царского любимца, опричника Кирибеевича. В знак благодарности за честность Калашникова царь обещает ему позаботиться о жене и детях и разрешает свободную торговлю его братьям:
"Молодую жену и сирот твоих  
из казны моей я пожалую,  
Твоим братьям велю от сего же дня 
по всему царству русскому широкому  
Торговать безданно, безпошлинно.  
А ты сам ступай, детинушка,  
На высокое место лобное,  
Сложи свою буйную головушку." (царь - купцу Калашникову)
Вскоре Калашникова казнят на площади и хоронят "в чистом поле" за Москвой-рекой:
"И казнили Степана Калашникова 
Смертью лютою, позорною..."
"Схоронили его за Москва-рекой 
На чистом поле промеж трех дорог:  
Промеж Тульской, Рязанской, Владимирской,  
И бугор земли сырой тут насыпали,  
И кленовый крест тут поставили..."

Таков цитатный образ и характеристика купца Калашникова в поэме "Песня про царя Ивана Васильевича..." М. Ю. Лермонтова: описание персонажа в цитатах.

Смотрите:

www.literaturus.ru

"Песня про купца Калашникова"

  • М.Ю.Лермонтов: поэмы и стихотворения
  • "Песня про купца Калашникова"
  • Исполнитель: Мартон Н. С.
  • Тип: mp3, текст
  • Продолжительность: 00:27:57
  • Скачать и слушать online

Your browser does not support HTML5 audio + video.

Читать: М.Ю.Лермонтов: поэмы и стихотворения. "Песня про купца Калашникова": 

 

 М.Ю.Лермонтов. Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

 

 

                 Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!

              Про тебя Нашу песню сложили мы,

              Про твово любимого опричника

              Да про смелого купца, про Калашникова;

              Мы сложили еЈ на старинный лад,

              Мы певали еЈ под гуслярский звон

              И причитывали да присказывали.

              Православный народ ею тешился,

              А боярин Матвей Ромодановский

              Нам чарку поднЈс мЈду пенного,

              А боярыня его белолицая

              Поднесла нам на блюде серебряном

              Полотенце новое, шЈлком шитое.

              Угощали нас три дни. три ночи

              И всЈ слушали не наслушались.

 

                            I

 

              Не сияет на небе солнце красное,

              Не любуются им тучки синие:

              То за трапезой сидит во златом венце,

              Сидит грозный царь Иван Васильевич.

              Позади его стоят стольники,

              Супротив его всЈ бояре да князья,

              И пирует царь во славу божию,

              В удовольствие своЈ и веселие.

 

              Улыбаясь, царь повелел тогда

              Вина сладкого заморского

              Нацедить в свой золочЈный ковш

              И поднесть его опричникам.

              - И все пили, царя славили.

 

              Лишь один из них, из опричников,

              Удалой боец, буйный молодец,

              в золотом ковше не мочил усов;

              Опустил он в землю очи тЈмные,

              Опустил головушку на широку грудь -

              А в груди его была дума крепкая.

 

              Вот нахмурил царь брови чЈрные

              И навЈл на него очи зоркие,

              Словно ястреб взглянул с высоты небес

              На младого голубя сизокрылого, -

              Да не поднял глаз молодой боец.

              Вот об землю царь стукнул палкою,

              и дубовый пол на полчетверти

              Он железным пробил оконечником -

              Да не вздрогнул и тут молодой боец.

              Вот промолвил царь слово грозное -

              И очнулся тогда добрый молодец.

 

              "Гей ты, верный наш слуга, Кирибеевич,

              Аль ты думу затаил нечестивую?

              Али славе нашей завидуешь?

              Али служба тебе честная прискучила?

              когда входит месяц - звЈзды радуются,

              что светлей им гулять по поднЕбесью;

              А которая в тучу прячется,

              Та стремглав на на землю падает...

              Неприлично же тебе, Кирибеевич,

              Царской радостью гнушатися;

              А из роду ты ведь Скуратовых,

              И семьЈю ты вскормлен Малютиной!.."

 

              Отвечает так Кирибеевич,

              Царю грозному в пояс кланяясь:

 

              "Государь ты наш, Иван Васильевич!

              Не кори ты раба недостойного:

              сердца жаркого не залить вином,

              Думу чЈрную - не запотчевать!

              А прогневал тебя - воля царская;

              Прикажи казнить, рубить голову,

              Тяготит она плечи богатырские,

              И сама к сырой земле она клонится".

 

              И сказал ему Царь Иван Васильевич:

              "Да об чЈм тебе, молодцу, кручиниться?

              Не истЈрся ли твой парчЈвый кафтан?

              Не измялась ли шапка соболиная?

              Не казна ли у тебя поистратилась?

              Иль зазубрилась сабля закалЈнная?

              Или конь захромал, худо кованный?

              Или с ног тебя сбил на кулачном бою,

              На Москве-реке, сын купеческий?"

 

              Отвечает так Кирибеевич,

              Покачав головою кудрявою:

 

              "Не родилась та рука заколдованная

              Ни в боярском роду, ни в купеческом;

              Аргамак мой степной ходит весело;

              Как стекло горит сабля вострая;

              А на праздничный день твоею милостью

              Мы не хуже другого нарядимся.

 

              Как я сяду поеду на лихом коне

              За Моску-реку покатитися,

              Кушачком подтянуся шЈлковым,

              Заломлю на бочок шапку бархатную,

              ЧЈрным соболем отороченную, -

              У ворот стоят у тесовыих

              Красны девушки да молодушки

              И любуются, глядя, перешЈптываясь;

              Лишь одна не глядит, не любуется,

              Полосатой фатой закрывается...

 

              На святой Руси, нашей матушке,

              Не найти, не сыскать такой красавицы:

              Ходит плавно - будто лебЈдушка;

              Смотрит сладко - как голубушка;

              Молвит слово - соловей поЈт;

              Горят щеки еЈ румяные,

              Как заря на небе божием;

              Косы русые, золотистые,

              В ленты яркие заплетЈнные,

              По плечам бегут, извиваются.

              во семье родилась она купеческой,

              Прозывается АлЈной Дмитревной.

 

              Как увижу еЈ, я сам не свой,

              Опускаются руки сильные,

              Помрачаются очи буйные;

              Скучно, грустно мне, православный царь,

              Одному по свету маяться

              Опостыли мне кони легкие,

              Опостыли наряды парчовые,

              И не надо мне золотой казны:

              С кем казною своей поделюсь теперь?

              Перед кем покажу удальство своЈ?

              Перед кем я нарядом похвастаюсь?

              Отпусти меня в степи приволжские,

              На житьЈ на вольное, на казацкое,

              Уж сложу я там буйную головушку

              И сложу на копьЈ бусурманское;

              И разделят по себе злы татаровья

              Коня доброго саблю острую

              И седельце бранное черкасское.

              Мои очи слЈзные коршун выклюет,

              Мои кости сирые дождик вымоет,

              И без похорон горемычный прах

              На четыре стороны развеется!.."

 

              И сказал, смеясь, Иван Васильевич:

              "Ну, мой верный слуга! я твоей беде,

              Твоему горю пособить постараюся.

              Вот возьми перстенЈк ты мой яхонтовый

              Да возьми ожерелье жемчужное.

              Прежде свахе смышлЈной покланяйся

              И пошли дары драгоценные

              Ты своей АлЈне Дмитревне:

              Как полюбишься - празднуй свадебку,

              Не полюбишься - не прогневайся".

 

              Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!

              Обманул тебя твой лукавый раб,

              Не сказал тебе правды истинной,

              Не поведал тебе, что красавица

              В церкви божией перевенчана,

              Перевенчана с молодым купцом

              По закону нашему христианскому.

 

                             * * *

              Ай, ребята, пойте - только гусли стройте!

              Ай, ребята, пейте - дело разумейте!

              Уж потешьте вы доброго боярина

              И боярыню его белолицую!

 

                            II

 

              За прилавкою сидит молодой купец,

              Статный молодец Степан Парамонович,

              По прозванию Калашников;

              ШЈлковые товары раскладывает,

              Речью ласковой гостей он заманивает,

              Злато, серебро пересчитывает,

              Да недобрый день задался ему:

              Ходят мимо баре богатые,

              В его лавочку не заглядывают.

 

              Отзвонили вечерню во святых церквах;

              За КремлЈм горит заря туманная;

              Набегают тучки на небо, -

              Гонит их метелица распеваючи;

              Опустел широкий гостиный двор,

              Запирает Степан Парамонович

              Свою лавочку дверью дубовою

              Да замком немецким со пружиною;

              Злого пса-ворчуна зубастого

              На железную цепь привязывает,

              И пошЈл он домой, призадумавшись,

              К молодой хозяйке за Москва-реку.

 

              И приходит он в свой высокий дом,

              И дивится Степан Парамонович:

              Не встречает его молода жена,

              Не накрыт дубовый стол белой скатертью,

              А свеча перед образом еле теплится.

              И кличет он старую работницу:

              "Ты скажи, скажи, Еремеевна,

              А куда девалась, затаилася

              В такой поздний час АлЈна Дмитревна?

              А что детки мои любезные -

              Чай забегались, заигралися,

              Спозаранку спать уложилися?"

 

              "Господин ты мой, Степан Парамонович,

              Я скажу тебе диво дивное:

              Что к вечерне пошла АлЈна Дмитревна;

              Вот уж поп прошЈл с молодой попадьЈй,

              Засветили свечу, сели ужинать, -

              А по сю пору твоя хозяюшка

              Из приходской церкви не вернулася.

              А что детки твои малые

              Почивать не легли, не играть пошли -

              Плачем плачут, всЈ не унимаются".

 

              И смутился тогда думой крепкою

              Молодой купец Калашников;

              И он стал к окну, глядит на улицу -

              А на улице ночь темнЈхонька;

              Валит белый снег, расстилается,

              Заметает след человеческий.

 

              Вот он слышит, в сенях дверью хлопнули,

              Потом слышит шаги торопливые;

              Обернулся, глядит - сила крестная! -

              перед ним стоит молода жена,

              Сама бледная, простоволосая,

              Косы русые расплетЈнные

              Снегом-инеем пересыпаны;

              Смотрят очи мутные, как безумные;

              Уста шепчут речи непонятные.

 

              "Уж ты где, жена, жена шаталася?

              На каком подворье, на площади,

              Что растрЈпаны твои волосы,

              Что одежда твоя вся изорвана?

              Уж гуляла ты, пировала ты,

              Чай, с сынком всЈ боярским!..

              Не на то пред святыми иконами

              Мы с тобой, жена, обручалися,

              Золотыми кольцами менялися!..

              Как запру я тебя за железный замок,

              За дубовою дверь окованную,

              Чтобы свету божьего ты не видела,

              Моя имя честное не порочила..."

 

              И услышав то АлЈна Дмитревна

              Задрожала вся, моя голубушка,

              Затряслась как листочек осиновый,

              Горько-горько она восплакалась,

              В ноги мужу повалилася.

 

              "Государь ты мой, красно солнышко,

              Иль убей меня или выслушай!

              Твои речи - будто острый нож;

              От них сердце разрывается.

              Не боюся смерти лютыя,

              Не боюся я людской молвы,

              А боюсь твоей немилости.

 

              От вечерни домой шла я нонече

              Вдоль по улице одинЈшенька.

              И послышалось мне, будто снег хрустит;

              Оглянулась - человек бежит.

              Мои ноженьки подкосилися,

              ШЈлковой фатой я закрылася.

              И он сильно схватил меня за руки

              И сказал мне так тихим шЈпотом:

              "Что пужаешься, красная красавица?

              Я не вор какой, душегуб лесной,

              Я слуга царя, царя грозного,

              Прозываюся Кирибеевичем,

              А из славной семьи из Малютиной..."

              Испугалась я пуще прежнего;

              Закружилась моя бедная головушка.

              И он стал меня целовать-ласкать

              И, целуя, всЈ приговаривал:

              "Отвечай мне, чего тебе надобно,

              Моя милая, драгоценная!

              Хочешь золота али жемчугу?

              Хочешь ярких камней аль цветной парчи?

              Как царицу я наряжу тебя,

              Станут все тебе завидовать,

              Лишь не дай мне умереть смертью грешною;

              Полюби меня, обними меня

              Хоть единый раз на прощание!"

 

              И ласкал он меня, целовал меня;

              На щеках моих и теперь горят,

              Живым пламенем разливаются

              Поцалуи его окаянные...

              А смотрели в калитку соседушки,

              И кому на глаза покажусь теперь?

 

              Ты не дай меня, свою верную жену,

              Злым охульникам в поругание!

              На кого, кроме тебя, мне надеяться?

              У кого просить стану помощи?

              На белом свете я сиротинушка:

              Родной батюшка уж в сырой земле,

              Рядом с ним лежит мою матушка,

              А мой старший брат, ты сам ведаешь,

              На чужой сторонушке пропал без вести,

              А меньшой мой брат - дитя малое,

              Дитя малое, неразумное..."

 

              Говорила так АлЈна Дмитревна,

              Горючими слезами заливалася.

 

              Посылает Степан Парамонович

              За двумя меньшими братьями;

              И пришли его два брата, поклонилися

              И такое слово ему молвили:

              "Ты поведай нам, старшОй наш брат,

              Что с тобой случилось, приключилося,

              Что послал ты за нами во темнУю ночь,

              Во темнУю ночь морозную?"

 

              "Я скажу вам, братцы любезные,

              Что лиха беда со мною приключилася:

              Опозорил семью нашу честную

              Злой опричник царский Кирибеевич;

              А такой обиды не стерпеть душе

              Да не вынести сердцу молодецкому.

              Уж как  завтра будет кулачный бой

              На Москва-реке при самом царе,

              И я выйду тогда на опричника,

              Буду насмерть биться, до последних сил;

              А побьЈт он меня - выходите вы

              За святую правду-матушку.

              Не сробейте, братцы любезные!

              Вы моложе меня, свежЕй силою,

              На вас меньше грехов накопилося,

              Так авось вас господь помилует!"

 

              И в ответ ему братья молвили:

              "Куда ветер дует в поднЕбесьи,

              Туда мчатся и тучки послушные,

              Когда сизый орЈл зовЈт голосом

              На кровавую долину побоища,

              ЗовЈт пир пировать, мертвецов убирать,

              К нему малые орлята слетаются:

              Ты наш старший брат, нам второй отец;

              Делай сам, как знаешь, как ведаешь,

              А уж мы тебя, рОдного, не выдадим".

 

                           * * *

              Ай, ребята, пойте - только гусли стройте!

              Ай, ребята, пейте - дело разумейте!

              Уж потешьте вы доброго боярина

              И боярыню его белолицую!

 

 

                             III

 

              Над Москвой великой, златоглавою,

              Над стеной кремлЈвской белокаменной

              Из-за дальних лесов, из-за синих гор,

              По тесовым кровелькам играючи,

              Тучки серые разгоняючи,

              Заря алая подымается;

              Разметала кудри золотистые,

              Умывается снегами рассыпчатыми,

              Как красавица, глядя в зеркальце,

              В небо чистое смотрит, улыбается.

              Уж зачем ты, алая заря, просыпалася?

              На какой ты радости разыгралася?

 

              Как сходилися, собиралися

              Удалые бойцы московские

              На Москву-реку, на кулачный бой,

              Разгуляться для праздника, потешиться.

              И приехал царь со дружиною,

              Со боярами и опричниками,

              И велел растянуть цепь серебряную,

              Чистым золотом в кольцах спаянную.

              Оцепили место в двадцать пять сажень,

              Для охотницкого бою, одиночного.

              И велел тогда царь Иван Васильевич

              Клич кликать звонким голосом:

              "Ой, уж где вы, добрые молодцы?

              Вы потешьте царя нашего батюшку!

              Выходите-ка во широкий круг;

              Кто побьЈт кого, того царь наградит;

              А кто будет побит, тому бог простит!"

 

              И выходит удалой Кирибеевич,

              Царю в пояс молча кланяется,

              Скидает с могучих плеч шубу бархатную,

              Подпершися в бок рукою правою,

              Поправляет другой шапку алую,

              Ожидает он себе противника...

              Трижды громкий клич прокликали -

              Ни один боец и не тронулся,

              Лишь стоят да друг друга поталкивают.

 

              На просторе опричник похаживает,

              Над плохими бойцами подсмеивает:

              "Присмирели, небось, призадумались!

              Так и быть, обещаюсь, для праздника,

              Отпущу живого с покаянием,

              Лишь потешу царя нашего батюшку".

 

              Вдруг толпа раздалась в обе стороны -

              И выходит Степан Парамонович,

              Молодой купец, удалой боец,

              По прозванию Калашников.

              Поклонился прежде царю грозному,

              После белому Кремлю да святым церквам,

              А потом всему народу русскому,

              Горят очи его соколиные,

              На опричника смотрит пристально.

              Супротив него он становится,

              Боевые рукавицы натягивает,

              Могучие плечи распрямливает.

 

              И сказал ему Кирибеевич:

              "А поведай мне, добрый молодец,

              Ты какого-роду племени,

              Каким именем прозываешься?

              Чтоб знать, по ком панихиду служить,

              Чтобы было чем похвастаться".

 

              Отвечает Степан Парамонович:

              "А зовут меня Степаном Калашниковым,

              А родился я от честного отца,

              И жил я по закону господнему:

              Не позорил я чужой жены,

              Не разбойничал ночью тЈмною,

              Не таился от свету небесного...

              И промолвил ты правду истинную:

              По одном из нас будут панихиду петь,

              И не позже как завтра в час полуденный;

              И один из нас будет хвастаться,

              С удалыми друзьями пируючи...

              Не шутку шутить, не людей смешить

              К тебе вышел я, басурманский сын, -

              Вышел я на страшный бой, на последний бой!"

 

              И услышав то, Кирибеевич

              Побледнел в лице, как осенний снег;

              Бойки очи его затуманились,

              Между сильных плеч пробежал мороз,

              На раскрытых устах слово замерло...

 

              Вот молча оба расходятся,-

              Богатырский бой начинается.

 

              Размахнулся тогда Кирибеевич

              И ударил в первОй купца Калашникова,

              И ударил его посередь груди -

              Затрещала грудь молодецкая,

              Пошатнулся Степан Парамонович;

              На груди его широкой висел медный крест

              Со святыми мощами из Киева, -

              И погнулся крест и вдавился в грудь;

              Как роса из-под него кровь закапала;

              И подумал Степан Парамонович:

              "Чему быть суждено, то и сбудется;

              Постою за правду до последнева!"

              Изловчился он, изготовился,

              Собрался со всею силою

              И ударил своего ненавистника

              Прямо в левый висок со всего плеча.

 

              И опричник молодой застонал слегка,

              Закачался, упал замертво;

              Повалился он на холодный снег,

              На холодный снег, будто сосенка,

              Будто сосенка во сыром бору

              Под смолистый под корень подрубленная,

              И, увидев то, царь Иван Васильевич

              Прогневался гневом, топнул о землю

              И нахмурил брови чЈрные;

              Повелел он схватит удалова купца

              И привесть его пред лицо своЈ.

 

              Как возгОворил православный царь:

              "Отвечай мне по правде, по совести,

              Волной волей или нехотя

              Ты убил мово верного слугу,

              Мово лучшего бойца Кирибеевича?"

 

              "Я скажу тебе, православный царь:

              Я убил его вольною волей,

              А за что, про что - не скажу тебе,

              Скажу только богу единому.

              Прикажи меня казнить - и на плаху несть

              Мне головушку повинную;

              Не оставь лишь малых детушек,

              Не оставь молодую вдову

              Да двух братьев моих своей милостью..."

 

              "Хорошо тебе, детинушка,

              Удалой боец, сын купеческий,

              Что ответ держал ты по совести.

 

              Молодую жену и сирот твоих

              из казны моей я пожалую,

              Твоим братьям велю от сего же дня

              по всему царству русскому широкому

              Торговать безданно, безпошлинно.

              А ты сам ступай, детинушка,

              На высокое место лобное,

              Сложи свою буйную головушку.

              Я топор велю наточить-навострить,

              Палача велю одеть-нарядить,

              В большой колокол прикажу звонить,

              Чтобы знали все люди московские,

              Что и ты не оставлен моей милостью..."

 

              Как на площади народ собирается,

              Заунывный гудит-воет колокол,

              Разглашает всюду весть недобрую.

              По высокому месту лобному

              Во рубахе краснОй с яркой запонкой,

              С большим топором навострЈнным,

              Руки голые потираючи,

              Палач весело похаживает,

              Удалова бойца дожидается, -

              А лихой боец, молодой купец,

              Со родными братьями прощается:

 

              "Уж вы, братцы мои, други кровные,

              Поцалуемтесь да обнимемтесь

              На последнее расставание.

              Поклонитесь от меня АлЈне Дмитревне,

              Закажите ей меньше печалиться,

              Про меня моим детушкам не сказывать;

              Поклонитесь дому родительскому,

              Поклонитесь всем нашим товарищам,

              Помолитесь сами в церкви божией

              Вы за душу мою, душу грешную!"

 

              И казнили Степана Калашникова

              Смертью лютою, позорною;

              И головушка бесталанная

              Во крови на плаху покатилася.

 

              Схоронили его за Москва-рекой

              На чистом поле Промеж трЈх дорог:

              Промеж Тульской, Рязанской, Владимирской,

              И бугор земли сырой тут насыпали,

              И кленовый крест тут поставили,

              И гуляют-шумят ветры буйные

              Над его безымянной могилкою,

              И проходят мимо люди добрые:

              ПройдЈт стар человек - перекрестится,

              ПройдЈт молодец - приосанится;

              ПройдЈт девица - пригорюнится,

              А пройдут гусляры - споют песенку.

 

                           * * *

 

              Гей вы, ребята удалые,

              Гусляры молодые,

              Голоса заливные!

              Красно начинали - красно и кончайте,

              Каждому правдою и честью воздайте.

                Тороватому боярину слава!

                И красавице боярыне слава!

                И всему народу христианскому слава!

chudo-kit.ru

Сочинение про купца Калашникова (7, 8 класс)

Оцените сочинение:

Один из главных героев поэмы Лермонтова - молодой богатый купец Степан Парамонович Калашников. Он знает свое дело, хороший семьянин, заботливый отец и муж. Но однажды день ему как-то сразу не задался.

Придя вечером домой, купец не находит своей жены. Атмосфера в доме напряженная и тяжелая. Степан Парамонович понял, что произошло нечто плохое. Вскоре прибегает его заплаканная и растрепанная супруга. Ее на улице поймал опричник Кирибеевич, стал целовать и уговаривать, чтобы она стала его. Такого оскорбления купец стерпеть не может.

Конечно, оскорбленный муж должен был пойти к царю и пожаловаться на обидчика. Но этот путь кажется герою еще более унизительным. А он показан удалым и гордым молодцом. Тогда Калашников решает, что у него нет другого выбора, как отстоять честь жены в кулачном бою, пусть даже это будет стоить жизни ему самому.

Он просит братьев поддержать его, они покорно соглашаются, ведь старший брат для них – как отец. Купец показывает себя настоящим мужчиной, хотя я считаю, что кровопролития можно было избежать.

Кулачные бои – это старая русская забава, молодые бойцы мерялись силой на потеху зевакам и самому царю. В тот день государь лично объявляет о начале боя, но против его любимого опричника Кирибеевича никто выходить не хочет, зная о его небывалой силе и удали. Только один отыскался желающий, и это был Калашников.

Степан Парамонович называет себя и Кирибеевич смущается. Калашников на полном серьезе говорит о том, что по одному из них станут петь панихиду. Хотя кулачный бой совсем не предполагает драки до смерти. Когда начинается бой, купец пропускает один удар, а потом наносит свой. Этот удар становится смертельным. Степан знает, что за это ему полагается смерть, но даже перед лицом смерти он не теряет достоинства, а с честью принимает ее.

На мой взгляд, это очень печальная история. Она говорит о том, что честь для мужчины превыше всего.

Заказать сочинение 
Мы можем написать 100% уникальное сочинение под любые ваши требования всего за 24 часа!

Похожие сочинения на тему:

sdam-na5.ru

Поэма Лермонтова, Песня про купца Калашникова

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Про тебя нашу песню сложили мы,
Про твово любимого опричника
Да про смелого купца, про Калашникова;
Мы сложили ее на старинный лад,
Мы певали ее под гуслярный звон
И причитывали да присказывали.
Православный народ ею тешился,
А боярин Матвей Ромодановский
Нам чарку поднес меду пенного,
А боярыня его белолицая
Поднесла нам на блюде серебряном
Полотенце новое, шелком шитое.
Угощали нас три дни, три ночи
И всё слушали — не наслушались.

1

Не сияет на небе солнце красное,
Не любуются им тучки синие —
То за трапезой сидит во златом венце,
Сидит грозный царь Иван Васильевич.
Позади его стоят стольники,
Супротив его всё бояре да князья,
По бокам его всё опричники;
И пирует царь во славу божию,
В удовольствие свое и веселие.

Улыбаясь, царь повелел тогда
Вина сладкого заморского
Нацедить в свой золоченый ковш
И поднесть его опричникам.
— И все пили, царя славили.

Лишь один из них, из опричников,
Удалой боец, буйный молодец,
В золотом ковше не мочил усов;
Опустил он в землю очи темные,
Опустил головушку на широку грудь —
А в груди его была дума крепкая.

Вот нахмурил царь брови черные
И навел на него очи зоркие,
Словно ястреб взглянул с высоты небес
На младого голубя сизокрылого, —
Да не поднял глаз молодой боец.
Вот об землю царь стукнул палкою,
И дубовый пол на полчетверти
Он железным пробил оконечником —
Да не вздрогнул и тут молодой боец.
Вот промолвил царь слово грозное —
И очнулся тогда добрый молодец.

«Гей ты, верный наш слуга Кирибеевич,
Аль ты думу затаил нечестивую?
Али славе нашей завидуешь?
Али служба тебе честн́ая прискучила?
Когда всходит месяц — звезды радуются,
Что светлей им гулять по подн́ебесью,
А которая в тучку прячется,
Та стремглав на землю падает…
Неприлично же тебе, Кирибеевич,
Царской радостью гнушатися, —
А из роду ты ведь Скуратовых,
И семьею ты вскормлен Малютиной!..»

Отвечает так Кирибеевич,
Царю грозному в пояс кланяясь:

«Государь ты наш Иван Васильевич!
Не кори ты раба недостойного:
Сердца жаркого не залить вином,
Думу черную — не запотчевать!
А прогневал я тебя — воля царская:
Прикажи казнить, рубить голову, —
Тяготит она плечи богатырские
И сама к сырой земле она клонится».

И сказал ему царь Иван Васильевич:
«Да об чем бы тебе, молодцу, кручиниться?
Не истерся ли твой парчев́ой кафтан?
Не измялась ли шапка соболиная?
Не казна ли у тебя поистратилась?
Иль зазубрилась сабля закаленная?
Или конь захромал, худо кованный?
Или с ног тебя сбил на кулачном бою,
На Москве-реке, сын купеческий?»

Отвечает так Кирибеевич,
Покачав головою кудрявою:

«Не родилась та рука заколдованная
Ни в боярском роду, ни в купеческом;
Аргамак мой степной ходит весело;
Как стекло горит сабля вострая;
А на праздничный день твоей милостью
Мы не хуже другого нарядимся.

Как я сяду-поеду на лихом коне
За Москву-реку покататися,
Кушачком подтянуся шелковым,
Заломлю набочок шапку бархатную,
Черным соболем отороченную, —
У ворот стоят у тесовыих
Красны девушки да молодушки
И любуются, глядя, перешептываясь;
Лишь одна не глядит, не любуется,
Полосатой фатой закрывается…

На святой Руси, нашей матушке,
Не найти, не сыскать такой красавицы:
Ходит плавно — будто лебедушка;
Смотрит сладко — как голубушка;
Молвит слово — соловей поет;
Горят щеки ее румяные,
Как заря на небе божием;
Косы русые, золотистые,
В ленты яркие заплетенные,
По плечам бегут, извиваются,
С грудью белою целуются.
Во семье родилась она купеческой,
Прозывается Алёной Дмитревной.

Как увижу ее, я и сам не свой:
Опускаются руки сильные,
Помрачаются очи бойкие.
Скучно, грустно мне, православный царь,
Одному по свету маяться.
Опостыли мне кони легкие,
Опостыли наряды парчовые,
И не надо мне золотой казны:
С кем казною своей поделюсь теперь?
Перед кем покажу удальство свое?
Перед кем я нарядом похвастаюсь?

Отпусти меня в степи приволжские,
На житье на вольное, на казацкое.
Уж сложу я там буйную головушку
И сложу на копье бусурманское;
И разделят по себе злы татаровья
Коня доброго, саблю острую
И седельце браное черкасское.
Мои очи слезные коршун выклюет,
Мои кости сирые дождик вымоет,
И без похорон горемычный прах
На четыре стороны развеется!..»

И сказал, смеясь, Иван Васильевич:
«Ну, мой верный слуга! я твоей беде,
Твоему горю пособить постараюся.
Вот возьми перстенек ты мой яхонтовый
Да возьми ожерелье жемчужное.
Прежде свахе смышленой покланяйся
И пошли дары драгоценные
Ты своей Алёне Дмитревне:
Как полюбишься — празднуй свадебку,
Не полюбишься — не прогневайся».

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Обманул тебя твой лукавый раб,
Не сказал тебе правды истинной,
Не поведал тебе, что красавица
В церкви божией перевенчана,
Перевенчана с молодым купцом
По закону нашему христианскому…

____

Ай, ребята, пойте — только гусли стройте!
Ай, ребята, пейте — дело разумейте!
Уж потешьте вы доброго боярина
И боярыню его белолицую!

2

За прилавкою сидит молодой купец,
Статный молодец Степан Парамонович,
По прозванию Калашников;
Шелковые товары раскладывает,
Речью ласковой гостей он заманивает,
Злато, серебро пересчитывает.
Да недобрый день задался ему:
Ходют мимо баре богатые,
В его лавочку не заглядывают.

Отзвонили вечерню во святых церквах;
За Кремлем горит заря туманная;
Набегают тучки на небо, —
Гонит их метелица распеваючи.
Опустел широкий гостиный двор.
Запирает Степан Парамонович
Свою лавочку дверью дубовою
Да замком немецким со пружиною;
Злого пса-ворчуна зубастого
На железную цепь привязывает,
И пошел он домой, призадумавшись,
К молодой хозяйке за Москву-реку.

И приходит он в свой высокий дом,
И дивится Степан Парамонович:
Не встречает его молода жена,
Не накрыт дубовый стол белой скатертью,
А свеча перед образом еле теплится.
И кличет он старую работницу:
«Ты скажи, скажи, Еремеевна,
А куда девалась, затаилася
В такой поздний час Алёна Дмитревна?
А что детки мои любезные —
Чай, забегались, заигралися,
Спозаранку спать уложилися?»

«Господин ты мой Степан Парамонович,
Я скажу тебе диво дивное:
Что к вечерне пошла Алёна Дмитревна;
Вот уж поп прошел с молодой попадьей,
Засветили свечу, сели ужинать, —
А по сю пору твоя хозяюшка
Из приходской церкви не вернулася.
А что детки твои малые
Почивать не легли, не играть пошли —
Плачем плачут, всё не унимаются».

И смутился тогда думой крепкою
Молодой купец Калашников;
И он стал к окну, глядит на улицу —
А на улице ночь темнехонька;
Валит белый снег, расстилается,
Заметает след человеческий.

Вот он слышит, в сенях дверью хлопнули,
Потом слышит шаги торопливые;
Обернулся, глядит — сила крестная! —
Перед ним стоит молода жена,
Сама бледная, простоволосая,
Косы русые расплетенные
Снегом-инеем пересыпаны;
Смотрют очи мутные как безумные;
Уста шепчут речи непонятные.

«Уж ты где, жена, жена, шаталася?
На каком подворье, на площади,
Что растрепаны твои волосы,
Что одёжа твоя вся изорвана?
Уж гуляла ты, пировала ты,
Чай, с сынками всё боярскими!..
Не на то пред святыми иконами
Мы с тобою, жена, обручалися,
Золотыми кольцами менялися!..
Как запру я тебя за железный замок,
За дубовую дверь окованную,
Чтоб свету божьего ты не видела,
Мое имя честное не порочила…»

И, услышав то, Алёна Дмитревна
Задрожала вся, моя голубушка,
Затряслась, как листочек осиновый,
Горько-горько она восплакалась,
В ноги мужу повалилася.

«Государь ты мой, красно солнышко,
Иль убей меня, или выслушай!
Твои речи — будто острый нож;
От них сердце разрывается.
Не боюся смерти лютыя,
Не боюся я людской молвы,
А боюсь твоей немилости.

От вечерни домой шла я нонече
Вдоль по улице одинёшенька.
И послышалось мне, будто снег хрустит,
Оглянулася — человек бежит.
Мои ноженьки подкосилися,
Шелковой фатой я закрылася.
И он сильно схватил меня за руки
И сказал мне так тихим шепотом:
„Что пужаешься, красная красавица?
Я не вор какой, душегуб лесной,
Я слуга царя, царя грозного,
Прозываюся Кирибеевичем,
А из славной семьи из Малютиной…“
Испугалась я пуще прежнего;
Закружилась моя бедная головушка.
И он стал меня целовать-ласкать
И, целуя, всё приговаривал:
„Отвечай мне, чего тебе надобно,
Моя милая, драгоценная!
Хочешь золота али жемчугу?
Хочешь ярких камней аль цветной парчи?
Как царицу я наряжу тебя,
Станут все тебе завидовать,
Лишь не дай мне умереть смертью грешною:
Полюби меня, обними меня
Хоть единый раз на прощание!“

И ласкал он меня, целовал меня;
На щеках моих и теперь горят,
Живым пламенем разливаются
Поцелуи его окаянные…
А смотрели в калитку соседушки,
Смеючись, на нас пальцем показывали…

Как из рук его я рванулася
И домой стремглав бежать бросилась;
И остались в руках у разбойника
Мой узорный платок, твой подарочек,
И фата моя бухарская.
Опозорил он, осрамил меня,
Меня, честную, непорочную, —
И что скажут злые соседушки,
И кому на глаза покажусь теперь?

Ты не дай меня, свою верную жену,
Злым охульникам в поругание!
На кого, кроме тебя, мне надеяться?
У кого просить стану помощи?
На белом свете я сиротинушка:
Родной батюшка уж в сырой земле,
Рядом с ним лежит моя матушка,
А мой старший брат, сам ты ведаешь,
На чужой сторонушке пропал без вести,
А меньшой мой брат — дитя малое,
Дитя малое, неразумное…»
Говорила так Алёна Дмитревна,
Горючьми слезами заливалася.

Посылает Степан Парамонович
За двумя меньшими братьями;
И пришли его два брата, поклонилися
И такое слово ему молвили:
«Ты поведай нам, старшой наш брат,
Что с тобой случилось, приключилося,
Что послал ты за нами во темную ночь,
Во темную ночь морозную?»

«Я скажу вам, братцы любезные,
Что лиха беда со мною приключилася:
Опозорил семью нашу честную
Злой опричник царский Кирибеевич,
А такой обиды не стерпеть душе
Да не вынести сердцу молодецкому.
Уж как завтра будет кулачный бой
На Москве-реке при самом царе,
И я выду тогда на опричника,
Буду насмерть биться, до последних сил,
А побьет он меня — выходите вы
За святую правду-матушку.
Не сробейте, братцы любезные!
Вы моложе меня, свеж́ей силою,
На вас меньше грехов накопилося,
Так авось господь вас помилует!»

И в ответ ему братья молвили:
«Куда ветер дует в подн́ебесье,
Туда мчатся и тучки послушные,
Когда сизый орел зовет голосом
На кровавую долину побоища,
Зовет пир пировать, мертвецов убирать,
К нему малые орлята слетаются, —
Ты наш старший брат, нам второй отец;
Делай сам, как знаешь, как ведаешь,
А уж мы тебя, родного, не выдадим».

____

Ай, ребята, пойте — только гусли стройте!
Ах, ребята, пейте — дело разумейте!
Уж потешьте вы доброго боярина
И боярыню его белолицую!

3

Над Москвой великой, златоглавою,
Над стеной кремлевской белокаменной
Из-за дальних лесов, из-за синих гор,
По тесовым кровелькам играючи,
Тучки серые разгоняючи,
Заря алая подымается;
Разметала кудри золотистые,
Умывается снегами рассыпчатыми,
Как красавица, глядя в зеркальце,
В небо чистое смотрит, улыбается.
Уж зачем ты, алая заря, просыпалася?
На какой ты радости разыгралася?

Как сходилися, собиралися
Удалые бойцы московские
На Москву-реку, на кулачный бой,
Разгуляться для праздника, потешиться.
И приехал царь со дружиною,
Со боярами и опричниками,
И велел растянуть цепь серебряную,
Чистым золотом в кольцах спаянную.
Оцепили место в двадцать пять сажен,
Для охотницкого бою, одиночного.
И велел тогда царь Иван Васильевич
Клич кликать звонким голосом:
«Ой, уж где вы, добрые молодцы?
Вы потешьте царя нашего батюшку!
Выходите-ка во широкий круг;
Кто побьет кого, того царь наградит,
А кто будет побит, тому бог простит!»

И выходит удалой Кирибеевич,
Царю в пояс молча кланяется,
Скидает с могучих плеч шубу бархатную,
Подпершися в бок рукою правою,
Поправляет другой шапку алую,
Ожидает он себе противника…
Трижды громкий клич прокликали —
Ни один боец и не тронулся,
Лишь стоят да друг друга поталкивают.
На просторе опричник похаживает,
Над плохими бойцами подсмеивает:
«Присмирели небось, призадумались!
Так и быть, обещаюсь, для праздника,
Отпущу живого с покаянием,
Лишь потешу царя нашего батюшку».

Вдруг толпа раздалась в обе стороны —
И выходит Степан Парамонович,
Молодой купец, удалой боец,
По прозванию Калашников.
Поклонился прежде царю грозному,
После белому Кремлю да святым церквам,
А потом всему народу русскому.
Горят очи его соколиные,
На опричника смотрят пристально.
Супротив него он становится,
Боевые рукавицы натягивает,
Могутные плечи распрямливает
Да кудряву бороду поглаживает.

И сказал ему Кирибеевич:
«А поведай мне, добрый молодец,
Ты какого роду-племени,
Каким именем прозываешься?
Чтобы знать, по ком панихиду служить,
Чтобы было чем и похвастаться».

Отвечает Степан Парамонович:
«А зовут меня Степаном Калашниковым,
А родился я от честн́ова отца,
И жил я по закону господнему:
Не позорил я чужой жены,
Не разбойничал ночью темною,
Не таился от свету небесного…
И промолвил ты правду истинную:
Об одном из нас будут панихиду петь,
И не позже как завтра в час полуденный;
И один из нас будет хвастаться,
С удалыми друзьями пируючи…
Не шутку шутить, не людей смешить
К тебе вышел я теперь, бусурманский сын, —
Вышел я на страшный бой, на последний бой!»
И, услышав то, Кирибеевич
Побледнел в лице, как осенний снег;
Бойки очи его затуманились,
Между сильных плеч пробежал мороз,
На раскрытых устах слово замерло…

Вот молча оба расходятся —
Богатырский бой начинается.

Размахнулся тогда Кирибеевич
И ударил впервой купца Калашникова,
И ударил его посередь груди —
Затрещала грудь молодецкая,
Пошатнулся Степан Парамонович;
На груди его широкой висел медный крест
Со святыми мощами из Киева, —
И погнулся крест, и вдавился в грудь;
Как роса, из-под него кровь закапала.
И подумал Степан Парамонович:
«Чему быть суждено, то и сбудется;
Постою за правду до последнева!»
Изловчился он, приготовился,
Собрался со всею силою
И ударил своего ненавистника
Прямо в левый висок со всего плеча.

И опричник молодой застонал слегка,
Закачался, упал замертво;
Повалился он на холодный снег,
На холодный снег, будто сосенка,
Будто сосенка, во сыром бору
Под смолистый под корень подрубленная.
И, увидев то, царь Иван Васильевич
Прогневался гневом, топнул о землю
И нахмурил брови черные;
Повелел он схватить удалова купца
И привесть его пред лицо свое.

Как возго́ворил православный царь:
«Отвечай мне по правде, по совести,
Вольной волею или нехотя
Ты убил насме́рть мово верного слугу,
Мово лучшего бойца Кирибеевича?»

«Я скажу тебе, православный царь:
Я убил его вольной волею,
А за что, про что — не скажу тебе,
Скажу только богу единому.
Прикажи меня казнить — и на плаху несть
Мне головушку повинную;
Не оставь лишь малых детушек,
Не оставь молодую вдову
Да двух братьев моих своей милостью…»

«Хорошо тебе, детинушка,
Удалой боец, сын купеческий,
Что ответ держал ты по совести.
Молодую жену и сирот твоих
Из казны моей я пожалую,
Твоим братьям велю от сего же дня
По всему царству русскому широкому
Торговать безданно, беспошлинно.
А ты сам ступай, детинушка,
На высокое место лобное,
Сложи свою буйную головушку.
Я топор велю наточить-навострить,
Палача велю одеть-нарядить,
В большой колокол прикажу звонить,
Чтобы знали все люди московские,
Что и ты не оставлен моей милостью…»

Как на площади народ собирается,
Заунывный гудит-воет колокол,
Разглашает всюду весть недобрую.
По высокому месту лобному
Во рубахе красной с яркой запонкой,
С большим топором навостренныим,
Руки голые потираючи,
Палач весело похаживает,
Удалого бойца дожидается, —
А лихой боец, молодой купец,
Со родными братьями прощается:

«Уж вы, братцы мои, други кровные,
Поцелуемтесь да обнимемтесь
На последнее расставание.
Поклонитесь от меня Алёне Дмитревне,
Закажите ей меньше печалиться,
Про меня моим детушкам не сказывать.
Поклонитесь дому родительскому,
Поклонитесь всем нашим товарищам;
Помолитесь сами в церкви божией
Вы за душу мою, душу грешную!»

И казнили Степана Калашникова
Смертью лютою, позорною, —
И головушка бесталанная
Во крови на плаху покатилася.

Схоронили его за Москвой-рекой,
На чистом поле промеж трех дорог:
Промеж Тульской, Рязанской, Владимирской,
И бугор земли сырой тут насыпали,
И кленовый крест тут поставили.
И гуляют-шумят ветры буйные
Над его безымянной могилкою.
И проходят мимо люди добрые:
Пройдет стар человек — перекрестится,
Пройдет м́олодец — приосанится,
Пройдет д́евица — пригорюнится,
А пройдут гусляры — споют песенку.

____

Гей вы, ребята удалые,
Гусляры молодые,
Голоса заливные!
Красно начинали — красно и кончайте,
Каждому правдою и честью воздайте.
Тороватому боярину слава!
И красавице боярыне слава!
И всему народу христианскому слава!

philosofiya.ru

М. Ю. Лермонтов "Песнь про купца Калашникова": анализ произведения

Полное заглавие произведения отображает тех героев, которые в нем фигурируют. Это купец по имени Степан Калашников, его супруга Алена Дмитриевна, а также царский опричник Кирибеевич. Непосредственное участие в развитии событий принимает и царь Иван Грозный. Песню об этих действующих персонажах сложили народные певцы стародавних времен – гусляры. Именно их глазами читатель видит события тогдашней эпохи. Историческая основа для произведения, по всей видимости, – «История государства российского» Н. Карамзина. Возможно, ему были известны также фольклорные песни, посвященные Ивану Грозному.

Начало поэмы

Анализ «Песни про купца Калашникова» можно начать с указания жанра. Произведение написано в жанре поэмы. Произведение начинается с того, что царь Иван Грозный сидит за трапезой. Сзади него, за спиной, находятся стольники, напротив – бояре. По бокам – опричники. Царь находится в очень хорошем настроении. Он хочет превратить обычную трапезу в настоящий праздник для своих людей. Царь приказывает опричникам нацедить хорошего вина из царских запасов. А сам зорко наблюдает за тем, как пьют его слуги. Ведь распитие вина также является испытанием на лояльность. Но его бойцов не проведешь. Они пьют, как положено, и при этом славословят царя. Государь доволен. Однако вдруг он замечает, что один из его опричников даже не прикасается к чаше.

Дальнейший анализ «Песни про купца Калашникова» показывает, что Грозный узнает в этом дерзком нарушителе этикета своего любимца – Кирибеевича и начинает его строго отчитывать. Тот же начинает разыгрывать перед Грозным душещипательную сцену: он не притрагивается к вину по той причине, что влюблен в одну красавицу. А та не отвечает ему взаимностью, закрываясь от него фатой. Царь узнает, что симпатии Кирибеевича принадлежат всего лишь дочери купца. Грозный говорит ему взять яхонтовый перстень, а также жемчужное ожерелье и послать Алене Дмитриевне. А после этого можно звать и самого государя на бракосочетание. Так Кирибеевич перехитрил самого царя. Он не сказал правды – Алена Дмитриевна уже венчана с купцом Калашниковым.

Эгоистичный поступок Кирибеевича

Анализ эпизода «Песни про купца Калашникова» может быть посвящен и следующей сцене. Дальше автор поэмы переносит читателя в шелковую лавку Калашикова. Дела у него идут хорошо. Его не смущает, что сегодня богатые бояре к нему не наведываются. Ведь торговля каждый день разная. Гостиный двор опустел, пора купцу возвращаться домой. Он думает, что сейчас его встретят жена и дети. Но дети плачут, а Алены Дмитриевны дома нет. Неспроста волнуется Калашников. Кирибеевич набросился на нее прямо на улице. Прохожие смотрели на них и смеялись бесстыдству. Не сразу поверил Калашников жене. Однако месть он решает не откладывать и отправляется на кулачные бои при царе.

Анализ «Песни про купца Калашникова» демонстрирует, что в данном эпизоде показывается суровый быт, а также отношения между людьми. Свою жену Калашников подозревает в неверности и может ее законно наказать. Но для Алены Дмитриевны ее супруг является «красным солнышком», и в ее рассказе звучит горечь и страх. О поступке Кирибеевича можно же сказать следующее: данный герой не заботится об интересах и чести своей возлюбленной. Он ослеплен страстью. А Калашников, поверив жене, защищает свою честь.

Поединок чести и позора

Проводя письменный анализ эпизода «Песни про купца Калашникова», для начала необходимо определиться с тем отрывком, который станет темой работы школьника. Им может быть также и сцена боя купца с Кирибеевичем. После того как хитрец добился желаемого, ничто не могло поколебать его уверенность. Но вдруг из толпы появляется новичок – Калашников. Поняв, что он является законным супругом его зазнобы, Кирибеевич теряет самообладание. Купец бьет его против правил, и тот погибает. Грозный задает вопрос, за что Калашников убил противника. Признаться в истинной причине своего поступка купцу не позволяла честь. Царь отправляет его на плаху. Однако последнее желание купца было исполнено. Алена Дмитриевна получила казенное содержание, а братья купца получили право торговать без налогов.

Поединок чести

В этом эпизоде читатель имеет возможность наблюдать за тем, как на глазах царя и народа против правды сражается неправда, честь против произвола. В отличие от своего противника, Калашников кланяется не только Грозному, но и «белому Кремлю да святым церквам». Проводя анализ «Песни про купца Калашникова», можно указать, что неумолимое возмездие в лице Калашникова возникает перед Кирибеевичем. Еще до своего появления на поединке купец одерживает нравственную победу. А присутствие государя придает этой схватке общественное звучание. Грозный никого не щадит. Он не выясняет тех оснований, которые толкнули Калашникова на убийство. Но в том, что Грозный оказывает покровительство семье купца, проявляется величие царственного характера. Верная оценка произошедшего принадлежит народу, который понимает: Калашников защищает свою честь.

Значение поединка

Поединок описывается Лермонтовым как столкновение двух богатырей, обладающих равной силой. И победителем среди них может быть только лишь тот, на чьей стороне находится справедливость. Поэт показывает, насколько значимым является моральное превосходство противника. Ведь еще никому не удавалось побеждать в бою Кирибеевича. Сделать это мог только лишь тот, кто борется за правду. И вызывая на бой, Кирибеевич посмеивался над потенциальными противниками.

Во времена Лермонтова кулачные бои были популярной забавой. В праздничные дни на льду пруда в деревне Тарханы обычно собирались крестьяне с целью «потешиться», разгуляться для праздника. Бойцы, как правило, были окружены большим количеством зрителей. Нередко среди них присутствовал и сам Лермонтов.

Форма произведения

Лермонтов решил придать своей поэме форму народной песни. В произведении есть немало выражений, которые взяты из былин и народных песен. Например, «шутки шутить», «удалой боец», «головушка», «батюшка». Также в духе народной былины нарисована Лермонтовым картина рассвета над Москвой-рекой. Здесь используется прием развернутого олицетворения. Как это и происходит в народных песнях, рассказчики обращаются к природе (в данном случае - к заре), как к живому лицу.

Образ Калашникова

Купец является простым человеком, и это подчеркивается его фамилией. Она происходит от слова «калач». Занятие у него также вполне ординарное. Однако купец пользуется уважением окружающих, ведь они называют его по имени-отчеству. Калашников не только защитник своей чести, но и христианин, который живет по закону божьему.

В произведении он показан как герой-мститель. Лермонтов использует немало эпитетов, которые указывают на родство героя со сказочными богатырями: «добрый молодец», «очи его соколиные». Его враг тоже отличается физической силой. Однако не всегда сила побеждает. При этом Калашников нарушает христианский закон, когда убивает своего противника. За это он поплатился жизнью.

Образ Кирибеевича

В кратком анализе «Песни про купца Калашникова» Лермонтова можно описать и образ опричника. Конфликт между ним и Калашниковым стоит в центре произведения. Грозный называет его «верным слугой». Таким Кирибеевич и является – он «раб», однако положение у него завидное. Рассказчики показывают опричника настоящим «добрым молодцем», похожим на богатырей. Подарки, которые Грозный делает своему слуге, также говорят о благорасположении. Однако Кирибеевич оказывается нечестным перед государем.

Обычно время, когда учащимся задают на дом подготовку анализа «Песни про купца Калашникова», - 7 класс. В этом возрасте школьники уже начинают хорошо разбираться в вопросах нравственности и этики. Опричник, обманув царя, продемонстрировал презрение к нормам христианской морали. Однако гибель Кирибеевича описана с жалостью. Скорбные интонации слышатся в словах «застонал», «упал», «повалился на холодный снег». Чувства усиливаются при помощи приема антитезы. Холодный снег противопоставляются «горячей крови». Кирибеевич мог бы уклониться от этого боя, однако не стал этого делать – для него честь также была важнее милости царя.

Анализ «Песни про купца Калашникова» Лермонтова: Иван Грозный в поэме

Правитель предстает перед читателем в самом начале поэмы. Со всех сторон он окружен своими подданными. Государь не скупится на угощения. В этом плане Лермонтов показывает правдивую историческую картину. Во времена правления Ивана Грозного опричники пользовались множеством привилегий. Обладая особым положением, они были практически безнаказанными. Так и в произведении Лермонтова Грозный интересуется, не протерся ли кафтан Кирибеевича, не измялась ли его шапка.

Анализ произведения «Песнь про купца Калашникова» Лермонтова показывает, что образ государя представлен исторически правдиво. Поэт подчеркивает его противоречивость. Правитель был достаточно милостив по отношению к своим подданным, однако с теми, кто имел неосторожность его прогневить, расправлялся жестоко. Грозный безжалостно приказывает казнить купца, не разобравшись с мотивами его убийства. Лермонтову удалось создать исторический документ. Поэт достаточно четко изобразил эпоху Ивана Грозного, сумев вынести из нее вымышленную историю.

Поэтический язык произведения

В поэме Лермонтова очень живо обрисован образ тогдашней Москвы. Сам город дается поэтом на фоне столь любимой им русской природы. Читая поэму, мы можем слышать, как распевает свои песни метелица и как зловеще в ночном мраке «валит белый снег», когда тревожно ожидает Степан Алену Дмитриевну.

Для создания поэтических природных образов поэт использует яркие краски – «заря алая», «горы синие». Также и Алена Дмитриевна выглядит сказочной красавицей – у нее румяные щеки, косы золотистого цвета, украшенные яркими лентами. Внешность Кирибеевича также делает его похожим на песенных героев древности.

fb.ru

Анализ поэмы «Песня про купца Калашникова» (М. Ю. Лермонтов)

М. Ю. Лермонтов часто размышлял о справедливости, чести и верности в государственных масштабах. Но при царе существовала цензура, поэтому автор схитрил и выразил критику существующего строя в историческом повествовании. Так что «Песня про купца Калашникова» — новаторское произведение, в котором поэт искусно скрывает подлинный смысл за историческими подробностями. Но обо всем по порядку.

История создания

После окончания гвардейской Школы писатель отправляется в Царское Село. Там он начинает работу над поэмой. Именно тогда у Лермонтова формируется своя точка зрения насчет жизни в России. Он признает неоспоримые достоинства своего народа, а в его бедах винит власть, которая не в состоянии справедливо вершить суд. К тому времени поэт и сам пострадал от тяжелой руки царя: попал в ссылку за стихотворение, посвященное смерти Пушкина.

Изначально поэма «Песнь про купца Калашникова» была издана анонимно в 1838 году, в «Литературных прибавлениях к «Русскому инвалиду». В 1840 году произведение вошло в сборник «Стихотворения М. Лермонтова».

Жанр и направление

Книга относится к жанру романтической национально-исторической поэмы.

Близость произведения к фольклорным сказаниям («добрый молодец», «сыра земля» и проч.) указывает на то, что оно написано в направлении романтизма. Также очевидны и другие компоненты этого литературного движения: конфликт личности с обществом и трагический финал.

Смысл названия

Поэма стилизована под русский эпос, а точнее, под древний жанр «сказание». Автор погружает нас в атмосферу ушедшей древности с первой строки, придавая названию старинный колорит. В средние века было принято раскрывать содержание книги уже в заглавиях, никто и не думал интриговать читателя.

Лермонтов дал именно такое название произведению, чтобы публика сразу поняла намек на его суть и содержание, окунувшись в предание глубокой старины.

Суть

Действия протекают в эпоху царствования Ивана IV. Молодой купец по имени Степан Парамонович Калашников в честном кулачном бою убивает своего обидчика – царского опричника, Кирибеевича, который опозорил его семью. Основные события книги отражены в кратчайшем содержании.

Это романтическая поэма, где каждый герой является носителем какой-либо романтической страсти. Калашников – чести, Кирибеевич – страсти, Иван IV – властности и деспотизма правления. Все они находятся в противостоянии, и эта борьба может разрешиться только смертью кого-нибудь из них. Вот, о чем говорится в произведении.

Главные герои и их характеристика

  1. Купец Степан Калашников. Олицетворяет в поэме тип настоящего русского человека. Его личное достоинство – это проявление веками складывающихся нравственных устоев русского народа. В нем органично сочетаются простота, сердечность и уважение к другим, с истинно русским богатырством и благородством. Месть за Алену Дмитриевну – не только защита личной чести, но и отстаивание прав всего рода Калашниковых. Не случайно он созывает братьев и просит их мстить врагу после его смерти. Открытый вызов, который он бросает самому ближнему царскому опричнику, автоматически приговаривает его к гибели. Калашников осознает, какова будет царская награда, но не боится смерти. Единственная его просьба – позаботиться о семье. Калашников, несмотря на позорную участь, остается в памяти народа героем.
  2. Иван Грозный. Это двойственная фигура у Лермонтова. Его величие, широта натуры совмещают в себе жестокость и деспотичность. Иван IV убежден в том, что в его власти и души, и думы подчиненных. Он казнит Калашникова всего лишь из-за того, что тот отказался открыть царю настоящую причину убийства. Именно царь, чья память так кровава и страшна, становится виновником чудовищной несправедливости. Он, не подозревая, дает своему любимому слуге позволение домогаться к замужней даме. Все это он делает широким жестом руки, не подумав и не позаботившись о судьбе подданных. Он пренебрежительно дает волю своим цепным псам, не обращая внимания на возможные последствия.
  3. Кирибеевич. Личность оригинальная, яркая и сильная. Он одержим одной страстью – любовью к Алене Дмитриевне. Неспособный ни к каким компромиссам, он готов ради этой страсти на все. Нравственная ущербность Кирибеевича во многом обусловлена его службой. Особенность его социального положения приводит к тому, что воля его оборачивается в своеволие, а любовь – в произвол и насилие. Этот лукавый раб не только опозорил Алену Дмитриевну перед злыми соседушками, но и обманул своего царя, скрыв от него, что его возлюбленная в церкви повенчана.

Темы и проблемы

  1. Основная тема — честь. Калашников знал, какая судьба ожидает его в последующем после боя, но защитить достоинство своей семьи он считал своим нравственным долгом. Жить в позоре и позволить царским слугам надругаться над его супругой он не мог и не хотел.
  2. Лермонтов также поднимает проблему вседозволенности власти. Кирибеевич был опричником при царе, поэтому за домогательство до чьей-либо жены ему ничего не будет, ведь царь поверит в его невиновность, да и какое ему дело до судьбы какой-то купчихи? Он предпочтет потешить своего воина и посмотреть на драку, развлекаясь кровавым зрелищем.
  3. Тема любви. Люди не видят границ, не видят никаких преград из-за влюбленности и страсти. Так и Кирибеевич, несмотря на то, что Алена Дмитриевна была замужней, начал оказывать ей знаки внимания, а в последующем и вовсе перешагнул черту. Другая сторона любви – поведение супруга, который заботится о репутации семьи. Он жертвует собой, но перед смертью обеспечивает жену всем необходимым для хорошей жизни. Да и сама героиня верна Степану, она любит его всей душой.
  4. Нравственная проблематика выражается и в поведении царя. Он правит не мудро, позволяя произвольным желаниям взять верх над интересами государства и народа. Зачем казнить силача, который одолел его лучшего бойца? Он явно пригодится, если русской земле будет угрожать серьезный противник. Такие люди – опора страны. Но правителю все равно, он ставит свои мелочные интересы выше человеческих судеб и даже самого отечества.
  5. Тема свободы. Степан Калашников – свободная личность, которая не сдается даже под царским гнетом. Несмотря на рабское положение людей на Руси, он открыто восстает против всех, решив отстоять свое право на неприкосновенность и честь семьи.
  6. Проблема несправедливости. Иван IV, объявляя о правилах боя, сам же их потом и не соблюдает, когда казнит Калашникова, ведь он владыка, и ему, видимо, так разрешено.

Главная мысль

Основная идея – необходимость защиты чести и достоинства в любой ситуации, и здесь не играет роли, ценой своей жизни или другим образом. Нужно бороться за свою свободу, иначе всегда найдется тот, кто сумеет ее отнять. Тирания всегда находит опору в рабстве, а если люди начнут восставать против деспотизма, то он падет под ударами независимости. Это воззвание напрямую относилось к эпохе самого Лермонтова: он призывает сограждан перестать терпеть произвол властей и выступить против самодержавия также бесстрашно, как главные герой поэмы.

Смысл поступка Калашникова понятен: он понимает, что его бездействие будет воспринято как капитуляция. Враг не отступит, а жалобы царю едва ли что-то изменят. Подвергать свою семью риску он не может и решает, что должен пойти на жертву, лишь бы выйти из положения с честью, обеспечив жену и детей. По сути, у него не было иного выбора. Но Лермонтов критически относился к своим современникам и думал, что они нуждаются в нравственном уроке из прошлого. Именно так, а не иначе, нужно реагировать на произвол – такова авторская позиция. Бунт личности против системы – вот выход из замкнутого круга тирании.

Чему учит?

Мораль поэмы такова: даже если в жизни все идет против тебя, нужно отстаивать свою точку зрения и добиваться справедливости, иначе тебя лишат всего, что дорого твоему сердцу.

Также писатель говорит о любви и верности своим близким и об их защите – неважно, какая она будет, духовная или физическая, нужно вовремя заслонить свою семью от беды.

Вывод прост: мир нуждается справедливости, но добиться ее могут лишь отдельные смельчаки, так что не стоит ждать всенародной справедливости, явившейся из неоткуда. Нужно брать правое дело в свои руки, без этого в нашем мире будет царить беспорядок.

Автор: Виктория Арфано

Интересно? Сохрани у себя на стенке!

literaguru.ru

Песня про купца Калашникова / Поэмы -Михаил Юрьевич Лермонтов|


Песня про купца Калашникова / Поэмы

Песня про царя Ивана Васильевича,
молодого опричника и удалого купца Калашникова

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Про тебя нашу песню сложили мы,
Про твово любимого опричника
Да про смелого купца, про Калашникова;
Мы сложили ее на старинный лад,
Мы певали ее под гуслярский звон
И причитывали да присказывали.
Православный народ ею тешился,
А боярин Матвей Ромодановский
Нам чарку поднес меду пенного,
А боярыня его белолицая
Поднесла нам на блюде серебряном
Полотенце новое, шелком шитое.
Угощали нас три дни. три ночи
И все слушали не наслушались.

I

Не сияет на небе солнце красное,
Не любуются им тучки синие:
То за трапезой сидит во златом венце,
Сидит грозный царь Иван Васильевич.
Позади его стоят стольники,
Супротив его все бояре да князья,
И пирует царь во славу божию,
В удовольствие свое и веселие.

Улыбаясь, царь повелел тогда
Вина сладкого заморского
Нацедить в свой золоченый ковш
И поднесть его опричникам.
- И все пили, царя славили.

Лишь один из них, из опричников,
Удалой боец, буйный молодец,
в золотом ковше не мочил усов;
Опустил он в землю очи темные,
Опустил головушку на широку грудь -
А в груди его была дума крепкая.

Вот нахмурил царь брови черные
И навел на него очи зоркие,
Словно ястреб взглянул с высоты небес
На младого голубя сизокрылого, -
Да не поднял глаз молодой боец.
Вот об землю царь стукнул палкою,
и дубовый пол на полчетверти
Он железным пробил оконечником -
Да не вздрогнул и тут молодой боец.
Вот промолвил царь слово грозное -
И очнулся тогда добрый молодец.

"Гей ты, верный наш слуга, Кирибеевич,
Аль ты думу затаил нечестивую?
Али славе нашей завидуешь?
Али служба тебе честная прискучила?
Когда входит месяц — звезды радуются,
Что светлей им гулять по поднебесью;
А которая в тучу прячется,
Та стремглав на на землю падает...
Неприлично же тебе, Кирибеевич,
Царской радостью гнушатися;
А из роду ты ведь Скуратовых,
И семьею ты вскормлен Малютиной!.."

Отвечает так Кирибеевич,
Царю грозному в пояс кланяясь:

"Государь ты наш, Иван Васильевич!
Не кори ты раба недостойного:
Сердца жаркого не залить вином,
Думу черную — не запотчевать!
А прогневал тебя — воля царская;
Прикажи казнить, рубить голову,
Тяготит она плечи богатырские,
И сама к сырой земле она клонится".

И сказал ему Царь Иван Васильевич:
"Да об чем тебе, молодцу, кручиниться?
Не истерся ли твой парчевый кафтан?
Не измялась ли шапка соболиная?
Не казна ли у тебя поистратилась?
Иль зазубрилась сабля закаленная?
Или конь захромал, худо кованный?
Или с ног тебя сбил на кулачном бою,
На Москве-реке, сын купеческий?"

Отвечает так Кирибеевич,
Покачав головою кудрявою:

"Не родилась та рука заколдованная
Ни в боярском роду, ни в купеческом;
Аргамак мой степной ходит весело;
Как стекло горит сабля вострая;
А на праздничный день твоею милостью
Мы не хуже другого нарядимся.

Как я сяду поеду на лихом коне
За Моску-реку покатитися,
Кушачком подтянуся шелковым,
Заломлю на бочок шапку бархатную,
Черным соболем отороченную, -
У ворот стоят у тесовыих
Красны девушки да молодушки
И любуются, глядя, перешептываясь;
Лишь одна не глядит, не любуется,
Полосатой фатой закрывается...

На святой Руси, нашей матушке,
Не найти, не сыскать такой красавицы:
Ходит плавно — будто лебедушка;
Смотрит сладко — как голубушка;
Молвит слово — соловей поет;
Горят щеки ее румяные,
Как заря на небе божием;
Косы русые, золотистые,
В ленты яркие заплетенные,
По плечам бегут, извиваются.
во семье родилась она купеческой,
Прозывается Аленой Дмитревной.

Как увижу ее, я сам не свой,
Опускаются руки сильные,
Помрачаются очи буйные;
Скучно, грустно мне, православный царь,
Одному по свету маяться
Опостыли мне кони легкие,
Опостыли наряды парчовые,
И не надо мне золотой казны:
С кем казною своей поделюсь теперь?
Перед кем покажу удальство свое?
Перед кем я нарядом похвастаюсь?
Отпусти меня в степи приволжские,
На житье на вольное, на казацкое,
Уж сложу я там буйную головушку
И сложу на копье бусурманское;
И разделят по себе злы татаровья
Коня доброго саблю острую
И седельце бранное черкасское.
Мои очи слезные коршун выклюет,
Мои кости сирые дождик вымоет,
И без похорон горемычный прах
На четыре стороны развеется!.."

И сказал, смеясь, Иван Васильевич:
"Ну, мой верный слуга! я твоей беде,
Твоему горю пособить постараюся.
Вот возьми перстенек ты мой яхонтовый
Да возьми ожерелье жемчужное.
Прежде свахе смышленой покланяйся
И пошли дары драгоценные
Ты своей Алене Дмитревне:
Как полюбишься — празднуй свадебку,
Не полюбишься — не прогневайся".

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Обманул тебя твой лукавый раб,
Не сказал тебе правды истинной,
Не поведал тебе, что красавица
В церкви божией перевенчана,
Перевенчана с молодым купцом
По закону нашему христианскому.

* * *

Ай, ребята, пойте — только гусли стройте!
Ай, ребята, пейте — дело разумейте!
Уж потешьте вы доброго боярина
И боярыню его белолицую!

II

За прилавкою сидит молодой купец,
Статный молодец Степан Парамонович,
По прозванию Калашников;
Шелковые товары раскладывает,
Речью ласковой гостей он заманивает,
Злато, серебро пересчитывает,
Да недобрый день задался ему:
Ходят мимо баре богатые,
В его лавочку не заглядывают.

Отзвонили вечерню во святых церквах;
За Кремлем горит заря туманная;
Набегают тучки на небо, -
Гонит их метелица распеваючи;
Опустел широкий гостиный двор,
Запирает Степан Парамонович
Свою лавочку дверью дубовою
Да замком немецким со пружиною;
Злого пса-ворчуна зубастого
На железную цепь привязывает,
И пошел он домой, призадумавшись,
К молодой хозяйке за Москва-реку.

И приходит он в свой высокий дом,
И дивится Степан Парамонович:
Не встречает его молода жена,
Не накрыт дубовый стол белой скатертью,
А свеча перед образом еле теплится.
И кличет он старую работницу:
"Ты скажи, скажи, Еремеевна,
А куда девалась, затаилася
В такой поздний час Алена Дмитревна?
А что детки мои любезные -
Чай забегались, заигралися,
Спозаранку спать уложилися?"

"Господин ты мой, Степан Парамонович,
Я скажу тебе диво дивное:
Что к вечерне пошла Алена Дмитревна;
Вот уж поп прошел с молодой попадьей,
Засветили свечу, сели ужинать, -
А по сю пору твоя хозяюшка
Из приходской церкви не вернулася.
А что детки твои малые
Почивать не легли, не играть пошли -
Плачем плачут, все не унимаются".

И смутился тогда думой крепкою
Молодой купец Калашников;
И он стал к окну, глядит на улицу -
А на улице ночь темнехонька;
Валит белый снег, расстилается,
Заметает след человеческий.

Вот он слышит, в сенях дверью хлопнули,
Потом слышит шаги торопливые;
Обернулся, глядит — сила крестная! -
перед ним стоит молода жена,
Сама бледная, простоволосая,
Косы русые расплетенные
Снегом-инеем пересыпаны;
Смотрят очи мутные, как безумные;
Уста шепчут речи непонятные.

"Уж ты где, жена, жена шаталася?
На каком подворье, на площади,
Что растрепаны твои волосы,
Что одежда твоя вся изорвана?
Уж гуляла ты, пировала ты,
Чай, с сынком все боярским!..
Не на то пред святыми иконами
Мы с тобой, жена, обручалися,
Золотыми кольцами менялися!..
Как запру я тебя за железный замок,
За дубовою дверь окованную,
Чтобы свету божьего ты не видела,
Моя имя честное не порочила..."

И услышав то Алена Дмитревна
Задрожала вся, моя голубушка,
Затряслась как листочек осиновый,
Горько-горько она восплакалась,
В ноги мужу повалилася.

"Государь ты мой, красно солнышко,
Иль убей меня или выслушай!
Твои речи — будто острый нож;
От них сердце разрывается.
Не боюся смерти лютыя,
Не боюся я людской молвы,
А боюсь твоей немилости.

От вечерни домой шла я нонече
Вдоль по улице одинешенька.
И послышалось мне, будто снег хрустит;
Оглянулась — человек бежит.
Мои ноженьки подкосилися,
Шелковой фатой я закрылася.
И он сильно схватил меня за руки
И сказал мне так тихим шепотом:
"Что пужаешься, красная красавица?
Я не вор какой, душегуб лесной,
Я слуга царя, царя грозного,
Прозываюся Кирибеевичем,
А из славной семьи из Малютиной..."
Испугалась я пуще прежнего;
Закружилась моя бедная головушка.
И он стал меня целовать-ласкать
И, целуя, все приговаривал:
"Отвечай мне, чего тебе надобно,
Моя милая, драгоценная!
Хочешь золота али жемчугу?
Хочешь ярких камней аль цветной парчи?
Как царицу я наряжу тебя,
Станут все тебе завидовать,
Лишь не дай мне умереть смертью грешною;
Полюби меня, обними меня
Хоть единый раз на прощание!"

И ласкал он меня, целовал меня;
На щеках моих и теперь горят,
Живым пламенем разливаются
Поцалуи его окаянные...
А смотрели в калитку соседушки,
И кому на глаза покажусь теперь?

Ты не дай меня, свою верную жену,
Злым охульникам в поругание!
На кого, кроме тебя, мне надеяться?
У кого просить стану помощи?
На белом свете я сиротинушка:
Родной батюшка уж в сырой земле,
Рядом с ним лежит мою матушка,
А мой старший брат, ты сам ведаешь,
На чужой сторонушке пропал без вести,
А меньшой мой брат — дитя малое,
Дитя малое, неразумное..."

Говорила так Алена Дмитревна,
Горючими слезами заливалася.

Посылает Степан Парамонович
За двумя меньшими братьями;
И пришли его два брата, поклонилися
И такое слово ему молвили:
"Ты поведай нам, старшОй наш брат,
Что с тобой случилось, приключилося,
Что послал ты за нами во темнУю ночь,
Во темнУю ночь морозную?"

"Я скажу вам, братцы любезные,
Что лиха беда со мною приключилася:
Опозорил семью нашу честную
Злой опричник царский Кирибеевич;
А такой обиды не стерпеть душе
Да не вынести сердцу молодецкому.
Уж как завтра будет кулачный бой
На Москва-реке при самом царе,
И я выйду тогда на опричника,
Буду насмерть биться, до последних сил;
А побьет он меня — выходите вы
За святую правду-матушку.
Не сробейте, братцы любезные!
Вы моложе меня, свежЕй силою,
На вас меньше грехов накопилося,
Так авось вас господь помилует!"

И в ответ ему братья молвили:
"Куда ветер дует в поднебесьи,
Туда мчатся и тучки послушные,
Когда сизый орел зовет голосом
На кровавую долину побоища,
Зовет пир пировать, мертвецов убирать,
К нему малые орлята слетаются:
Ты наш старший брат, нам второй отец;
Делай сам, как знаешь, как ведаешь,
А уж мы тебя, рОдного, не выдадим".

* * *

Ай, ребята, пойте — только гусли стройте!
Ай, ребята, пейте — дело разумейте!
Уж потешьте вы доброго боярина
И боярыню его белолицую!

III

Над Москвой великой, златоглавою,
Над стеной кремлевской белокаменной
Из-за дальних лесов, из-за синих гор,
По тесовым кровелькам играючи,
Тучки серые разгоняючи,
Заря алая подымается;
Разметала кудри золотистые,
Умывается снегами рассыпчатыми,
Как красавица, глядя в зеркальце,
В небо чистое смотрит, улыбается.
Уж зачем ты, алая заря, просыпалася?
На какой ты радости разыгралася?

Как сходилися, собиралися
Удалые бойцы московские
На Москву-реку, на кулачный бой,
Разгуляться для праздника, потешиться.
И приехал царь со дружиною,
Со боярами и опричниками,
И велел растянуть цепь серебряную,
Чистым золотом в кольцах спаянную.
Оцепили место в двадцать пять сажень,
Для охотницкого бою, одиночного.
И велел тогда царь Иван Васильевич
Клич кликать звонким голосом:
"Ой, уж где вы, добрые молодцы?
Вы потешьте царя нашего батюшку!
Выходите-ка во широкий круг;
Кто побьет кого, того царь наградит;
А кто будет побит, тому бог простит!"

И выходит удалой Кирибеевич,
Царю в пояс молча кланяется,
Скидает с могучих плеч шубу бархатную,
Подпершися в бок рукою правою,
Поправляет другой шапку алую,
Ожидает он себе противника...
Трижды громкий клич прокликали -
Ни один боец и не тронулся,
Лишь стоят да друг друга поталкивают.

На просторе опричник похаживает,
Над плохими бойцами подсмеивает:
"Присмирели, небось, призадумались!
Так и быть, обещаюсь, для праздника,
Отпущу живого с покаянием,
Лишь потешу царя нашего батюшку".

Вдруг толпа раздалась в обе стороны -
И выходит Степан Парамонович,
Молодой купец, удалой боец,
По прозванию Калашников.
Поклонился прежде царю грозному,
После белому Кремлю да святым церквам,
А потом всему народу русскому,
Горят очи его соколиные,
На опричника смотрит пристально.
Супротив него он становится,
Боевые рукавицы натягивает,
Могучие плечи распрямливает.

И сказал ему Кирибеевич:
"А поведай мне, добрый молодец,
Ты какого-роду племени,
Каким именем прозываешься?
Чтоб знать, по ком панихиду служить,
Чтобы было чем похвастаться".

Отвечает Степан Парамонович:
"А зовут меня Степаном Калашниковым,
А родился я от честного отца,
И жил я по закону господнему:
Не позорил я чужой жены,
Не разбойничал ночью темною,
Не таился от свету небесного...
И промолвил ты правду истинную:
По одном из нас будут панихиду петь,
И не позже как завтра в час полуденный;
И один из нас будет хвастаться,
С удалыми друзьями пируючи...
Не шутку шутить, не людей смешить
К тебе вышел я, басурманский сын, -
Вышел я на страшный бой, на последний бой!"

И услышав то, Кирибеевич
Побледнел в лице, как осенний снег;
Бойки очи его затуманились,
Между сильных плеч пробежал мороз,
На раскрытых устах слово замерло...

Вот молча оба расходятся,-
Богатырский бой начинается.

Размахнулся тогда Кирибеевич
И ударил в первОй купца Калашникова,
И ударил его посередь груди -
Затрещала грудь молодецкая,
Пошатнулся Степан Парамонович;
На груди его широкой висел медный крест
Со святыми мощами из Киева, -
И погнулся крест и вдавился в грудь;
Как роса из-под него кровь закапала;
И подумал Степан Парамонович:
"Чему быть суждено, то и сбудется;
Постою за правду до последнева!"
Изловчился он, изготовился,
Собрался со всею силою
И ударил своего ненавистника
Прямо в левый висок со всего плеча.

И опричник молодой застонал слегка,
Закачался, упал замертво;
Повалился он на холодный снег,
На холодный снег, будто сосенка,
Будто сосенка во сыром бору
Под смолистый под корень подрубленная,
И, увидев то, царь Иван Васильевич
Прогневался гневом, топнул о землю
И нахмурил брови черные;
Повелел он схватит удалова купца
И привесть его пред лицо свое.

Как возгОворил православный царь:
"Отвечай мне по правде, по совести,
Волной волей или нехотя
Ты убил мово верного слугу,
Мово лучшего бойца Кирибеевича?"

"Я скажу тебе, православный царь:
Я убил его вольною волей,
А за что, про что — не скажу тебе,
Скажу только богу единому.
Прикажи меня казнить — и на плаху несть
Мне головушку повинную;
Не оставь лишь малых детушек,
Не оставь молодую вдову
Да двух братьев моих своей милостью..."

"Хорошо тебе, детинушка,
Удалой боец, сын купеческий,
Что ответ держал ты по совести.

Молодую жену и сирот твоих
из казны моей я пожалую,
Твоим братьям велю от сего же дня
по всему царству русскому широкому
Торговать безданно, безпошлинно.
А ты сам ступай, детинушка,
На высокое место лобное,
Сложи свою буйную головушку.
Я топор велю наточить-навострить,
Палача велю одеть-нарядить,
В большой колокол прикажу звонить,
Чтобы знали все люди московские,
Что и ты не оставлен моей милостью..."

Как на площади народ собирается,
Заунывный гудит-воет колокол,
Разглашает всюду весть недобрую.
По высокому месту лобному
Во рубахе краснОй с яркой запонкой,
С большим топором навостренным,
Руки голые потираючи,
Палач весело похаживает,
Удалова бойца дожидается, -
А лихой боец, молодой купец,
Со родными братьями прощается:

"Уж вы, братцы мои, други кровные,
Поцалуемтесь да обнимемтесь
На последнее расставание.
Поклонитесь от меня Алене Дмитревне,
Закажите ей меньше печалиться,
Про меня моим детушкам не сказывать;
Поклонитесь дому родительскому,
Поклонитесь всем нашим товарищам,
Помолитесь сами в церкви божией
Вы за душу мою, душу грешную!"

И казнили Степана Калашникова
Смертью лютою, позорною;
И головушка бесталанная
Во крови на плаху покатилася.

Схоронили его за Москва-рекой
На чистом поле Промеж трех дорог:
Промеж Тульской, Рязанской, Владимирской,
И бугор земли сырой тут насыпали,
И кленовый крест тут поставили,
И гуляют-шумят ветры буйные
Над его безымянной могилкою,
И проходят мимо люди добрые:
Пройдет стар человек — перекрестится,
Пройдет молодец — приосанится;
Пройдет девица — пригорюнится,
А пройдут гусляры — споют песенку.

* * *

Гей вы, ребята удалые,
Гусляры молодые,
Голоса заливные!
Красно начинали — красно и кончайте,
Каждому правдою и честью воздайте.
Тороватому боярину слава!
И красавице боярыне слава!
И всему народу христианскому слава!

1837 г.

russian-authors.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о